Вслед за новостью о том, что Кейт родила девочку, достопримечательности британской столицы окрасились в розовый цвет. Если бы родился мальчик, цвет был бы голубым – традиция разделять признаки мужского и женского с пеленок возникла чуть более 200 лет назад. Но самый значительный вклад в гендерную (по половому признаку) дифференциацию пришелся на моду ХХ века. 

Именно в прошлом веке одежда стала мощным инструментом сексуального самоопределения человека, поскольку мы получили свободу самовыражения, начало которому положило укорачивание женской юбки и отказ от корсета. Всего 100 лет понадобилось, чтобы размыть понятие «греховности» в одежде, которое культивировалось веками. Мы чувствуем себя мужчиной и женщиной и подчеркиваем это одеждой. Человечество переживало разные периоды, когда эволюция костюма и моды шла преимущественно через мужскую или женскую одежду, но лишь в прошлом веке главным стал не сословный, а гендерный фактор, а мода стала инструментом исследования эрогенных зон.

И где мы сейчас?

Вы знаете, что мы живем во время, когда – и это поразительная статистика — 1 из 100 человек рождается с отклонениями от стандартов мужского и женского. А в 1993 году  в гендерную классификацию были внесены определения 5 полам!  

Линии нашего тела меняются (привет Дарвину! ), и у этого процесса множество причин. В том числе, и расовая ассимиляция.

Мода, как «зеркало времени» не может не отражать возникшую амбивалентность.

Манифест мужской коллекции Prada 2015, одной из ключевых марок модной одежды, гласит:  “Gender is a context and context is often gendered.”  Гендер – это контекст, но контекст часто заведомо гендерен. На сайте лондонского универмага Selfrige  львиная доля материалов посвящена теме AGENDER (без гендера).

Женщины и мужчины носят одежду, выражая свою сексуальность, которая стала много сложнее. Также как стали многозначительнее наши социальные роли – вы можете «играть в принцессу» утром с любимым и через пару часов «махать мечом» на совещании. В течение дня человеку нужно проявлять полярные качества характера – от «иньской» лояльности, гибкости, интуитивности до «янской» креативности, авторитарности, независимости. Образы традиционной мужественности (он носит синий, и мы его воспринимаем как целеустремленного, ответственного, серьезного и практичного) и женственности (она носит платье, крутит букли и воплощает собою легкомысленность и поверхностность), уходят в прошлое. Мы видим кризис форм и идей в женской одежде, активное заимствование мужских приемов — технологичных тканей, прямого силуэта, укрупнение деталей, вытеснение каблуков в пользу обуви на плоском ходу и проч. При этом бурное развитие мужской моды, в том числе, и в росте объемов продаж – 4,5 % против 3,7 в прошлом году.  Специалисты говорят о том, что принципиальные изменения вероятны именно в мужской моде. В последние год-два байеры наиболее продвинутых магазинов Европы закупают одежду, которую они могут предложить как женской, так и мужской аудитории.

Мода сегодня крайне поляризована : одни дизайнеры придерживаются консервативных взглядов  и адресуют свои коллекции «розовым» девочкам и «синим» мальчикам (Dolce&Gabbana, Ralph Lauren, Lanvin, Guess, Louis Vuitton, Kiton, Boss, DQuarred  и др.) другие пребывают в поиске новых форм для меняющегося человеческого ландшафта и создают гендерно-нейтральные коллекции (например, Comme de Garsons, Prada, Balenciaga, Jil Sander, CK, Rick Owens, Ann Demeulmeister, Alexander Wang, Acne, Hider Ackermann).Так же, как и большая часть аудитории испытывает затруднения, часто неоформленные, лишь наметившиеся, с самоопределением. Многим «девочкам» кажется банальным образ, который от них ждут, они закрываются в объемные формы, надевают мужские ботинки, коротко стригутся или делают все сразу. Их не интересуют «синие» мальчики. Словом, … наши отношения изменились, и это видно уже во всех зеркалах.

Мода, как истинно демократический институт, признает право человека быть самим собой, и формулирует новое пространство, где созданы зоны комфорта для самых разных людей, которые не чувствуют себя согласно каким бы то ни было классификациям.

Мы говорим: мода стала комфортна, но это комфорт более широкого смысла – не «тапки на босу ногу», а возможность выразить то, кем вы чувствуете себя. Одежда, помимо прочего, и это уже абсолютно новая тенденция, становится инструментом самопознания.

Яна Павлидис,

6 мая 2015г.